Адвокат как представитель в гражданском процессе

Адвокат как представитель в гражданском процессе

Согласно п. 1 ст. 1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката, в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам (далее – доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию. Надо отметить, что законодательно закрепленного понятия «доступ к правосудию» в Российской Федерации не существует.

 

Д. Козак считает, что под доступностью правосудия следует понимать «наличие институциальных и процессуальных гарантий, обеспечивающих права потенциальных участников процесса получить справедливое правосудие». Р.М. Масаланджиу отмечал, что «доступность правосудия представляет собой гарантированную законом возможность для заинтересованных лиц инициировать судебный процесс в любой его стадии и получить судебную защиту посредством вынесения законного и обоснованного судебного акта». При этом общим признаком для приведенных определений является гарантированность. Между тем отсутствие в законе понятия «доступ к правосудию» не помешало законодательно закрепить, что целью оказываемой адвокатом юридической помощи является именно обеспечение доступа доверителей к правосудию.

 

Среди различных видов юридической помощи, которые оказывает адвокат, Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре содержит указание на различные виды представительства, а именно: – представление интересов доверителя в конституционном суде; – представление доверителя в гражданском и административном судопроизводстве; – представление и защита доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях; – представление доверителя в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде) и иных органах разрешения конфликтов; – представление интересов доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях; – представление интересов доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств, если иное не установлено законодательством иностранных государств, уставными документами международных судебных органов и иных международных организаций или международными договорами Российской Федерации; – участие в качестве представителя доверителя в исполнительном производстве, а также при исполнении уголовного наказания; – представление доверителя в налоговых правоотношениях.

 

В отечественной юридической практике наиболее распространенным является судебное представительство. Представитель может участвовать во всех видах судопроизводства. При этом его статус определяется процессуальным законодательством, а пределы полномочий – доверителем. Таким образом, адвокат может представлять интересы доверителей в различных сферах общественных отношений. При этом в каждом конкретном случае деятельность адвоката-представителя может отличаться с точки зрения содержания, методов и процесса. Между тем не только деятельность адвоката по представлению доверителей преследует цель обеспечения доступа граждан к правосудию. Согласно статье 49 ГПК РФ лицами, которые могут быть представителями в суде, являются все дееспособные лица с надлежаще оформленными полномочиями на ведение дела за исключением судей, прокуроров, следователей. В статье 59 АПК РФ закреплено право граждан, индивидуальных предпринимателей и организаций иметь в качестве представителей адвокатов и иных оказывающих юридическую помощь лиц.

 

Кроме того, права и законные интересы недееспособных граждан могут защищать их законные представители (родители, усыновители, опекуны, попечители). При этом надо отметить, что не только адвокаты-представители осуществляют доступ граждан к правосудию. Эту позицию подтверждает Конституционный суд РФ, который в своем постановлении от 16 июля 2004 г. № 15-П указал следующее: «Реализации права на судебную защиту наряду с другими правовыми средствами служит институт судебного представительства, обеспечивающий заинтересованному лицу получение квалифицированной юридической помощи (ч. 1 ст. 48 Конституции РФ), а в случаях невозможности непосредственного (личного) участия в судопроизводстве – доступ к правосудию. В отличие от граждан организации по своей правовой природе лишены возможности непосредственно участвовать в судопроизводстве, а потому дела организаций ведут в арбитражном суде их органы в лице руководителей или другие по их выбору представители».

 

Таким образом в настоящий момент сформировалась ситуация, когда услуги по судебному представительству оказывают как адвокаты, так и лица, не обладающие этим статусом. Следует отметить, что и среди адвокатов, и среди других субъектов судебного представительства есть как профессионалы высочайшего уровня, так и неквалифицированные лица. Между тем, как было указанно выше, деятельность по судебному представительству направлена на обеспечение доступа граждан к правосудию. При этом основным признаком доступности правосудия является его гарантированность. В этой связи видится логичной взаимосвязь между гарантией на доступ к правосудию и гарантией на получение квалифицированной юридической помощи от лица, осуществляющего судебное представительство. Существует мнение, что эти гарантии в настоящий момент находятся под угрозой в связи с отсутствием должного регулирования и существованием свободного допуска к оказанию услуг по судебному представительству.

 

В настоящий момент из всех субъектов судебного представительства только адвокаты сдают квалификационный экзамен, проверяющий их квалификацию. Даже с учетом существующих проблем в адвокатском сообществе адвокатский статус получают лишь лица, обладающие определенным уровнем квалификации. В связи с этим адвокат С.В. Запольский пишет: «Автору этих строк известно множество «свободных консультантов», не обременяющих себя какой бы то ни было профессиональной легализацией,… выдающих себя за юристов… В решении Конституционного суда РФ есть своя логика, но эта логика лишает смысла весь, пусть несовершенный, но реально существующий механизм формирования российской адвокатуры и допуска к адвокатской деятельности».

 

Кроме того, надо отметить, что адвокаты обязаны соблюдать как закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ, так и Кодекс профессиональной этики адвоката. Несмотря на кажущуюся декларативность этих требований, на практике адвокаты несут дисциплинарную ответственность за несоблюдение указанных нормативно-правовых актов. В своем заключении квалификационная комиссия адвокатской палаты г. Москвы указала, что неисполнение адвокатом Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» является безусловным основанием для его привлечения к дисциплинарной ответственности вплоть до лишения адвокатского статуса. Так, например, Совет адвокатской палаты г. Москвы лишил статуса адвоката Л. за то, что, несмотря на наличие соглашения об оказании юридической помощи между ним и доверителем, адвокат не явился без уважительной причины в заседание Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по гражданскому делу, а также не обжаловал в установленный законом срок состоявшееся по делу решение в кассационном порядке, тем самым лишив, по сути, своего доверителя конституционного права на судебную защиту своих прав. Согласно наиболее актуальной статистике, представленной Федеральной палатой адвокатов, по итогам 2015 года адвокатского статуса были лишены 507 человек, что в полтора раза больше, чем в 2014 году (320 человек). При этом 100 адвокатов были лишены своего статуса за нарушение норм профессиональной этики, а еще 84 были исключены из адвокатского сообщества за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей перед доверителем. Всего за 2015 год квалификационными комиссиями адвокатских палат было рассмотрено 4894 дисциплинарных производства, и в 60 % случаях из них адвокаты были привлечены к дисциплинарной ответственности.

 

Если обратиться к зарубежному опыту, то можно увидеть, что во многих странах Европы законодатели ограничивают круг лиц, имеющих право оказывать юридические услуги, в том числе представлять граждан в суде, лицами, обладающими адвокатским статусом. Так, например, в Германии введена частичная адвокатская монополия на представительство в суде. В немецком гражданском процессе, согласно § 78 Гражданского процессуального уложения Германии, стороны обязаны вести свои дела при помощи адвоката в земельных судах и высших земельных судах. А в районных судах участие адвоката обязательно лишь в семейных делах. Однако участие адвоката необязательно в трудовых и налоговых спорах. Основываясь на правовых позициях ЕСПЧ, выраженных в его постановлениях, в обязанности государства входит гарантия фактической реализации права на получение квалифицированного юридического содействия. Исходя из этого, в определенных ситуациях государство должно принимать меры, которые будут направлены на предоставление гражданам действительной возможности использования квалифицированного юридического содействия.

 

Постановление ЕСПЧ от 9 октября 1979 года по делу Эйри (Airey) против Ирландии  содержит указания на необходимость выяснить, станет ли обращение заявителя в Высокий Суд без содействия адвоката результативным методом защиты, и сумеет ли заявитель корректно, обоснованно представлять свои доказательства в судебном разбирательстве. В деле Артико (Artico) против Италии (параграф 36) Европейским судом указано, что государство не несет ответственность за некачественную работу адвоката, который назначен для юридической помощи, но в определенных случаях государству необходимо предпринимать шаги, направленные на обеспечение заявителю действительной возможности использовать право на доступ к правосудию. При этом один из способов, позволяющих убирать или ограничивать возможность участия представителя в судебном процессе в обстоятельствах неподобающего выполнения им своей работы, – это институт аккредитации профессиональных представителей (имеющий право приостанавливать или аннулировать такую аккредитацию) при судах, т е. представления предположенного законом перечня документов, подтверждающих, отвечает ли претендент конкретным требованиям. Институт аккредитации применяется в судах Франции, США и ряда других развитых стран.

 

Резюмируя изложенное, стоит отметить, что право на доступ к правосудию непосредственно связано с гарантированностью получения квалифицированной юридической помощи, в том числе судебного представительства. Нельзя утверждать, что любой адвокат способен оказать квалифицированную помощь, как и нельзя говорить, что лицо без адвокатского статуса не способно это сделать. Однако опыт многих зарубежных стран показывает, что частичное или полное ограничение на представительство в суде отвечает интересам граждан и способствует получению ими квалифицированной помощи и доступа к правосудию. С учетом изложенного необходимо обратить внимание на разницу в гарантиях, которые предоставляют адвокатское сообщество и юристы без адвокатского статуса, в том числе на то, какую ответственность несут разные субъекты, осуществляющие судебное представительство, в случае оказания неквалифицированных услуг.

 

Учитывая то, что доступ граждан к правосудию посредством судебного представительства обеспечивают не только адвокаты, считаем целесообразным внести законодательные изменения, направленные на достижение одинаковых гарантий гражданам в получении квалифицированной юридической помощи, в том числе судебного представительства.

У Вас появились вопросы?

Пишите в комментариях - мы быстро Вам ответим и проконсультируем!

Статья оказалась Вам полезной?

Консультации (0)

Добавить вопрос или комментарий

Сообщение должно содержать, хотя-бы, 5 символов

Посещаемость:

Яндекс.Метрика