Сбил человека на служебной машине в рабочее время

В соответствии с ч. 1 ст. 2 УК РФ действующее уголовное законодательство Российской Федерации решает ряд задач: 1) охрана от преступных посягательств прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации; 2) обеспечение мира и безопасности человечества; 3) предупреждение совершения преступлений.

 

Осуществление указанных задач невозможно без определения круга общественно опасных деяний, признаваемых преступными на современном этапе развития общественных отношений. В этой связи эффективность уголовно-правовых средств борьбы с преступностью во многом зависит от того, насколько качественно сформулированы уголовно-правовые предписания, регламентирующие вопросы уголовной ответственности. Отечественное уголовное законодательство в последние годы претерпевает значительные изменения. От того, насколько уголовному закону удается идти в ногу со временем, зависит состояние безопасности жизненно важных интересов на уровне отдельной личности, общества и в целом государства. Обеспечение в этой связи общественной безопасности уголовно-правовыми средствами является залогом спокойствия жизни как отдельного гражданина, так и неопределенно широкого круга лиц.

 

Особая роль в этом принадлежит уголовно-правовым предписаниям, обеспечивающим общественную безопасность в области движения и эксплуатации транспорта. В тексте уголовного закона преступления против безопасности движения и эксплуатации транспортных средств объединены в главу 27.

 

Они представляют собой единое целое, поскольку посягают на один объект и совершаются с использованием или непосредственным соприкосновением с источниками повышенной опасности, в качестве которых выступают транспортные средства.

 

Несмотря на значительную работу, проделанную законодателем по совершенствованию уголовно-правовых норм, предусмотренных гл. 27 УК РФ, остаются некоторые спорные аспекты, связанные как с конструированием, так и с квалификацией рассматриваемой группы посягательств. 1. Одной из частных задач, которую в настоящее время выполняет уголовный закон по охране общественной безопасности в области движения и эксплуатации транспорта, следует назвать обеспечение транспортной безопасности. В соответствии с Федеральным законом от 09.02.2007 № 16-ФЗ «О транспортной безопасности» под транспортной безопасностью следует понимать «состояние защищенности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств от актов незаконного вмешательства». Уголовно-правовые предписания по обеспечению транспортной безопасности, исходя из положений главы 27 УК РФ, условно можно разделить на те, которые связаны с устранением внутренних и внешних угроз. Внутренние угрозы порождаются внутри транспортной системы и связаны с нарушением различных правил управления, движения, эксплуатации транспорта. Для противодействия указанным угрозам сформулированы соответствующие составы преступлений, предусмотренные ст. 263, 264, 266, 267 и 268 УК РФ. Внешние угрозы связаны с такими факторами, которые извне могут воздействовать на безопасность движения и эксплуатации транспорта. Данные факторы возникают в связи с угрозами, которые порождаются умышленными и неосторожными действиями.

 

Умышленные факты такого вмешательства (например, террористический акт) лежат вне плоскости главы 27 УК РФ. Вместе с тем законодатель предусмотрел возможность обеспечения транспортной безопасности и с помощью предписаний указанной главы, включив в нее неосторожное преступное деяние в рамках ст. 263.1 УК РФ «Нарушение требований в области транспортной безопасности». Данная статья была введена в текст УК РФ Федеральным законом от 27.07.2010 № 195-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с обеспечением транспортной безопасности». Позднее Федеральным законом от 03.02.2014 № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обеспечения транспортной безопасности» названная норма была изложена в новой редакции. Фактически в рассматриваемой статье имеется два самостоятельных состава преступления. В части первой рассматриваемой нормы законодатель предусмотрел ответственность за неисполнение требований по соблюдению транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средствах, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или причинение крупного ущерба.

 

В части второй устанавливается ответственность за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств лицом, ответственным за обеспечение транспортной безопасности, если это деяние повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека или причинение крупного ущерба. Не вдаваясь в подробный анализ системообразующих признаков названных составов преступлений, следует указать на то, что основное различие между ними лежит в рамках субъекта преступления: в ч. 1 – общий субъект, не исполняющий требования по соблюдению транспортной безопасности, а в ч. 2 – специальный, ответственный за обеспечение транспортной безопасности.

 

Квалифицированные признаки ст. 263.1 УК РФ определены в законе как деяния, предусмотренные в ч. 1 и ч. 2, но совершенные: а) группой лиц по предварительному сговору либо повлекшие по неосторожности смерть человека (ч. 3); б) организованной группой либо повлекшие по неосторожности смерть двух и более лиц (ч. 4). Поскольку виновная ответственность субъекта преступления по ст. 263.1 УК РФ связана с неосторожной формой вины, исходя из психического отношения виновного к наступившим последствиям, то можно предположить, что позиция законодателя относительно криминализации группового способа совершения такого преступного деяния выглядит как несоответствующая современным уголовно-правовым конструкциям. Так, в ст. 32 УК РФ говорится, что «соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления». Законодатель вполне однозначно связывает любую форму соучастия, будь то группа лиц по предварительному сговору или организованная группа, с умышленным преступлением, которое является результатом умышленной совместной деятельности.

 

Следовательно, конструируя в качестве отягчающего обстоятельства того или иного состава преступления указание на возможность его группового совершения, следует ориентироваться на основной состав, который должен относиться к числу умышленных преступных деяний. Следует заметить, что указанные положения ч. 3 и 4 ст. 263.1 УК РФ о возможности соучастия в неосторожных преступлениях не находят своего аналога в других статьях уголовного закона. При этом думается, что в случаях, когда виновные объединяют свои усилия для умышленного нарушения требований в области транспортной безопасности, и это не влечет уголовно-наказуемых последствий, имеет место административное правонарушение. В случае же наступления указанных последствий от совместной умышленной преступной деятельности имеет место уже не преступление против транспортной безопасности, а либо преступление против жизни или здоровья (например, ст. 105 УК РФ «Убийство», ст. 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»), либо умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества в рамках ст. 167 УК РФ, либо посягательство на общественную безопасность, например в рамках ст. 205 УК РФ «Террористический акт». Данное положение соответствует, в частности, сложившейся судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных гл. 27 УК РФ.

 

Таким образом, в целях единообразного толкования признаков соучастия в преступлении и конструирования признаков квалифицированных норм статей Особенной части УК РФ следует исключить указание на совершение преступления группой лиц по предварительному сговору и организованной группой из числа квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 3, 4 ст. 2631 УК РФ. 2. В содержании ряда статей гл. 27 УК РФ предусматривается наличие в признаках основного состава последствия в виде причинения крупного ущерба. Данное последствие является альтернативно обязательным для ч. 1 ст. 263, ч. 1 ст. 263.1 и ч. 1 ст. 267 УК РФ. Понятие «крупный ущерб» относится к числу оценочных признаков и подлежит оценке в денежном эквиваленте. В примечаниях к вышеназванным статьям законодатель указывает одну и ту же информацию: «крупным ущербом в настоящей статье признается ущерб, сумма которого превышает один миллион рублей». Представляется, что использование повторных указаний, направленных на единообразное толкование одного и того же признака, является излишним. Если обратить внимание, например, на аналогичную ситуацию в главе 28 УК РФ «Преступления в сфере компьютерной информации», то будет видно, что толкование признака «крупный ущерб», который в данном случае является квалифицирующим признаком нескольких составов преступлений, дается в примечании только к одной из статей (ст. 272 УК РФ).

 

В данном примечании указывается: «крупным ущербом в статьях настоящей главы…». Данный подход является наиболее приемлемым. В связи с этим предлагается следующее: в примечании к статье слова «в настоящей статье» заменить на слова «в статьях настоящей главы»; примечания к ст. 263.1 и 267 УК РФ исключить из текста уголовного закона. 3. Регламентируя вопросы уголовной ответственности лиц, ответственных за управление различными транспортными средствами, российский законодатель, как представляется, не использует системного подхода. Данный вывод определяется нами, исходя из того, что не все лица, управляющие транспортными средствами и нарушающие правила движения того или иного транспорта, причинившие по неосторожности тяжкий вред здоровью или смерть человеку, несут ответственность по статьям главы 27 УК РФ.

 

Уголовная ответственность за нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств в рамках главы 27 УК РФ возникает в случаях, если лицо: – управляет автомобилем, трамваем или другим механическими транспортным средством, предназначенным для перевозки людей, грузов или оборудования, установленного на нем, – по ст. 264 УК РФ; – управляет мопедом или другим транспортным средством, приводимым в движение двигателем с рабочим объемом не более 50 см 3 и имеющим максимальную конструктивную скорость не более 50 км/ч, а также велосипедом с подвесным двигателем, мокиком или иным транспортным средством с аналогичными характеристиками (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения»), – по ст. 268 УК РФ; – в силу выполняемой работы или занимаемой должности обязано соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена – по ст. 263 УК РФ. К сожалению, из данного перечня фактически «выпадают» те лица, которые нарушают правила безопасности движения и эксплуатации при управлении маломерными судами, в случаях, если это не связано с выполняемой ими работой.

 

В соответствии со сложившейся судебной практикой подобные действия не образуют посягательств на безопасность движения и эксплуатации транспорта в рамках ст. 27 УК РФ, а квалифицируются как преступления против жизни и здоровья по ст. 109 и 118 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности и причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью (Приговор Железнодорожного районного суда г. Воронежа от 06.03.2012 по уголовному делу № 1-7/2012). Представляется, что данная квалификация является вполне справедливой.

 

Нормы, заложенные в ст. 109 и 118 УК РФ, являются более общими по отношению к тем, которые содержатся в главе 27 УК РФ, а следовательно, в случае пробельности предписаний гл. 27 УК РФ должны применяться вышеназванные статьи уголовного закона. Данное состояние нельзя признать вполне справедливым, поскольку действия лиц, нарушающих правила безопасности движения и эксплуатации при управлении маломерными судами, по степени общественной опасности, характеру деяния и объекту посягательства соответствуют посягательствам, предусмотренным в гл. 27 УК РФ. Решение данной проблемы возможно двумя путями. Так, одни авторы предлагают квалифицировать данные действия по ст. 268 УК РФ , аналогично указанным выше предписаниям, изложенным в п. 2 Постановления ПВС РФ от 09.12.2008 № 25, расширив тем самым понятие «иных участников движения». Другие предлагают ориентироваться на положения ст. 263 УК РФ, отмечая, что маломерные механические средства являются составной частью водного транспорта. Третьи говорят о необходимости дополнения уголовного закона соответствующей уголовно-правовой нормой. Первая из высказанных позиций видится не вполне справедливой по причине того, что при таких обстоятельствах ответственность лица, нарушившего правила безопасности движения при управлении маломерным судном, будет поставлена в зависимость от того, выполняет ли он свои профессиональные обязанности (ст. 263 УК РФ) либо действует в личных целях (ст. 268 УК РФ). Вторая позиция также не выдерживает критики, так как ее автор ориентирует правоприменительную практику на применение уголовного закона по аналогии, поскольку в тексте закона (ст. 263 УК РФ) такое поведение лица не предусмотрено. Третья позиция выглядит вполне справедливой, поскольку таким образом не только устраняется пробел законодательства, но и происходит систематизация уголовно-правовых норм.

 

Законопроект, содержащий соответствующие предложения о совершенствовании уголовного закона, находится на рассмотрении в Государственной Думе РФ. Проектом Федерального закона № 1067376-6 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статьи 31 и 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» предлагается дополнить УК РФ статьей 2642 «Нарушение правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации». По своей сути предлагаемая норма аналогична ст. 264 УК РФ. Обращает на себя внимание тот факт, что данный законопроект не был поддержан Правительством РФ, поскольку «предлагаемое изменение в УК РФ представляется избыточным, так как помимо ответственности, предусмотренной ст. 263 УК РФ, рассматриваемые деяния в зависимости от обстоятельств могут быть квалифицированы по ст. 263.1 и ст. 109 и 118 УК РФ».

 

Соглашаясь с тем, что в настоящее время действия виновных в нарушении правил управления маломерными судами не остаются безнаказанными, следует заметить, что ответственность за подобные деяния чаще всего лежит вне плоскости посягательств на общественную безопасность и рассматривается как посягательство на личность, что недопустимо, ибо противоречит принципу справедливости. Деяния, посягающие на один объект уголовно-правовой охраны, подлежат квалификации в рамках одной главы уголовного закона, в противном случае данное положение должно быть признано неконституционным. В нашем случае ответственность по ст. 109 и 118 УК РФ значительно ниже, чем в рамках специальных норм, в том числе и предлагаемой в законопроекте. Думается, что решение проблем конструирования и квалификации посягательств на безопасность движения и эксплуатации транспорта не охватывается только высказанными в настоящей статье предложениями. Авторская позиция, высказанная на этот счет, является предпосылкой к дальнейшим научным изысканиям в этой области.

Консультации(0)

Добавить вопрос или комментарий

Сообщение должно содержать, хотя-бы, 2 символа

У Вас появились вопросы?

Пишите в комментариях - мы быстро Вам ответим и проконсультируем!

Статья оказалась Вам полезной?

 

 

Посещаемость:

Яндекс.Метрика